timelets

“When he was finally assassinated in 96 CE, the Roman aristocracy exhaled in relief. Many among them, foremost the courageous, had fallen victim to “that most savage beast,” as a contemporaneous writer described him. Especially during the last years of his regime, he had stifled life in the capital of the far-flung Roman Empire. Survival was bought with submissiveness and silence, enforced by informers who abolished any free exchange of thought and speech. After fifteen years of fear—a time span during which “young men had reached old age, old men almost the end of their days”—even survivors were mere shadows of their former selves, as if “they had survived themselves.”

--- Christopher B. Krebs. “A Most Dangerous Book.”

Mr Putin may express his aims using the language of geopolitics, but in fact he is guided by the criminal logic of his regime: never show weakness. Russia’s system has a high tolerance for violence, but is unforgiving of failure. He probably believes that ending the war without achieving even his minimum goal, taking all of Ukraine’s eastern Donbas region, would put him physically at risk. (“They will hang me,” he told some of his cronies at one point during the war, according to an insider.)

https://www.economist.com/europe/2026/08/30/cornered-vladimir-putin-plans-to-escalate-his-war

Watch on YouTube

Regular reminder that Donald Trump’s core competency is not dealmaking with powerful counter-parties. It is duping gullible victims.

-- David Frum.
https://x.com/davidfrum/status/845314898276106240

When Trump blamed Ukraine for the Russian invasion, many people couldn’t understand how he could hold such a preposterous view. Some assumed he’d been hoodwinked by Russian propaganda. But there is a simpler explanation. According to the Trumpian worldview, considerations of justice, morality and international law are irrelevant, and the only thing that matters in international relations is power. Since Ukraine is weaker than Russia, it should have surrendered. In the Trumpian vision, peace means surrender, and since Ukraine refused to surrender, the war is its fault. 

--- Yuval Harari.

https://www.ft.com/content/06cc7b0f-3e32-4164-b096-ff92a1532236

«Мифы составляют, говоря буквально, наиболее драгоценное сокровище племени. Они относятся к самой сердцевине того, что племя почитает как святыню. Наиболее важные мифы известны лишь старикам, которые ретиво оберегают их тайну... Старые хранители этих тайных знаний сидят в селении, немы, как сфин- ксы, и решают, в какой мере они могут, не навлекая опасности, доверить знания предков молодому поколению и в какой именно момент эта передача тайн может оказаться наиболее плодотворной...» (Леви-Брюль 262). Мифы — не только составные части жизни, они — части каждого человека в отдельности. Отнять у него рассказ — эти значит отнять у него жизнь.
...
Лишившись мифов, племя было бы не в состоянии удержать свое существование.

...начало этого процесса, процесса перерождения мифа в сказку, сказывается в откреплении сюжета и акта рассказывания от ритуала. ^Момент этого открепления от обряда есть начало истории сказки, тогда как ее синкретизм с обрядом представляет собой ее доисторию.
...
Связь этих обрядов с мифами и связь их обоих со сказкой еще совершенно не исследована.
...
- Из всего сказанного видно, что уже очень рано начинается «профанация» священного сюжета (под «профанацией» понимаем превращение священного рассказа в профанный, т. е. не духовный, не эсотеричёский, а художественный). Это и есть момент рождения собственно сказки. Но отделить, где кончается священный рассказ и начинается сказка, — невозможно.

-- В. Пропп. Исторические корни волшебной сказки.