Thanks a thousand -11

[timelets]

У моей старшей сестры в институте был знакомый по группе Витя, который жил в общаге на Х. проспекте. Витя приехал учиться откуда-то с Западной Украины и, в принципе, не сильно отличался от всех остальных больших странных студентов. Если бы не одна более странная странность: Витя считал черный чай источником всех желудочных болезней и заваривал себе исключительно травяные настойки. Хранил он свои травы в специальных металлических коробочках, выстланных специальными тряпочными мешочками. Приезжая с каникул, Витя привозил большие пахучие пакеты сушеных трав и аккуратно раскладывал их в свои маленькие мешочки-коробочки. Его соседи по комнате были парни с Урала, которые кроме черного чая пили только водку, иногда разбавляя ее пивом. Витю они считали безобидным чудаком и не трогали, даже по пьяни. [так говорила мне тогда сестра, но сейчас я в это слабо верю]
...

В Америке, особенно поначалу, нас потрясло изобилие и разнообразие продуктов, в том числе и чая. По советской привычке, мы набросились на индийский-цейлонский, заваривая его покрепче, как в бородатой шутке "Евреи не жалейте заварки." Через некоторое время у меня начал немного побаливать желудок, и родители решили, что это от непривычной "слишком разнообразной" американской еды. Начались разговоры про диету, то нельзя, это нельзя, пока однажды мне не приснился Витя со своими травами. И я перестал пить черный чай. И желудок перестал болеть. Ура! Спасибо, Витя!

Man is not only that which he conceives himself to be, but that which he wills himself to be, and since he conceives of himself only after he exists, just as he wills himself to be after being thrown into existence, man is nothing other than what he makes of himself. This is the first principle of existentialism.

--- Jean Paul Sarter, Existentialism is Humanism, 2007. p. 22.