(no subject)

Горчев давно уже все объяснил про "при виде Х перехожу на другую сторону улицы."

Давно замечено, что как раз у коренных москвичей отсутствует та самая "масковскасть", которая так раздражает остальных жителей бывшей империи. В этом отношении коренные москвичи похожи на коренных американцев: они либо не подозревают о существовании какой-то жизни за пределами транспортных колец, либо подозревают, но на эту жизнь им глубоко насрать.

Понаехавшие же знают о той жизни гораздо больше, чем им хотелось бы о ней знать. Они постоянно видят один и тот же сон: что вот приехали они погостить в свой Мончегорск, Бодайбо или Усолье-Сибирское, а там день прошёл, неделя, месяц, полгода, а они почему-то никуда не уезжают. И вот смотрят они в окно, где вместо золотых дворцов горит одна только лампочка ночной сигнализации над крыльцом магазина культтоваров, да ещё где-то там, за пургой и слякотью сияет зал игровых автоматов с круглосуточной шавермой. И понимают они во сне, что из московского офиса их уже уволили, квартиру за неуплату очередного взноса забрал себе банк и теперь они снова будут жить тут всегда. Вечно. До самой смерти.
И просыпаются они от ужаса на мокрой подушке, шарят вокруг руками - да нет, нет - всё на месте: и квартира и будильник уже готовится пропеть побудку на милую постылую службу. Всё хорошо.
Переворачивают подушку и счастливо засыпают. Жизнь удалась.

Понаехавшие очень боятся, что та, другая, жизнь как-то всё же дотянется до них своими отвратительными щупальцами и утащит обратно под землю. Поэтому, едва завидев какого-то человека из той жизни они делают всё, чтобы их не узнали, с ними не заговорили или, упаси Господи, к ним не прикоснулись: не ответить, нахамить, не услышать, только прочь, прочь от этого человека. Именно по этому их и можно легко узнать.
Когда-нибудь у них это пройдет - лет через двадцать-тридцать. Ну или уже у детей.

https://dimkin.livejournal.com/222107.html